Главная | ОБЩЕСТВО | Профессор Омурбеков обеспокоен увеличением числа детских ожогов пищевода

Профессор Омурбеков обеспокоен увеличением числа детских ожогов пищевода

Мы поговорили с известным детским хирургом страны, заведующим кафедрой детской хирургии КГМА, профессором Талантом Ороскуловичем Омурбековым о детской хирургии без прикрас: не только о современных способах спасения маленьких пациентов, а еще – о родительской беспечности и легкомысленности, по причине которых малыши нередко попадают на хирургический стол.

– Меня сегодня тревожат две проблемы. В детскую больницу скорой медицинской помощи все чаще стали поступать ребятишки с химическими ожогами пищевода. И в этом большая вина самих родителей. В прошлом году мы спасли почти 180 малышей. Средствами бытовой химии пользуются сегодня в каждом доме. Они существенно облегчают жизнь современного человека. Однако мало кто помнит, а, может быть, и не представляет, что все они являются ядами и небезопасны для человеческого организма, особенно детского. Иногда достаточно нескольких капель химической жидкости, чтобы жизнь ребенка оказалась под угрозой.

Во всех содержится сильнейший реагент – щелочь. Просто чудовищно опасная вещь. Даже ожоги пищевода уксусной кислотой не такие тяжелые по сравнению с ожогами, которые вызывает щелочь. А дети очень любознательны, их привлекают яркие упаковки, необычный запах, они, как правило, стремятся попробовать все, как говорится, на зубок, тем более, что все эти средства находятся в пределах доступности. Основной возраст детей, поступающих для лечения в хирургическое отделение с ожогами пищевода, – от полутора до пяти лет, как раз в возрасте активного познания мира.

Нередко родители наливают сильнодействующие средства бытовой химии в кружки, пиалы, так удобнее, как они объяснили мне, протирать загрязненные поверхности, и оставляют их на столе, окне. И на беду эти емкости оказываются в руках ребенка, который выпивает яд, приняв его за воду. Таких случаев тоже много. В итоге детей привозят к нам с тяжелейшими химическими ожогами пищевода.

Конечно, мы сопереживаем мамам и папам, видим, как казнят они себя после случившегося, но их беспечность, безответственность и невнимательность приносят неимоверные мучения их чадам. И если лекарства все-таки стали убирать с глаз долой, то бытовая химия в ярких, легко открывающихся флаконах вся на виду, без присмотра и ребенку добраться до них – минутное дело. Мне приходилось оперировать ребенка с тяжелейшим ожогом пищевода после выпитой им аккумуляторной жидкости. Отец мальчика перелил ее в бутылку из-под кока-колы и оставил в машине. Ребенок выпил. Другой малыш этой адской жидкостью не только сжег пищевод, а даже прожег желудок, в котором образовалось дыра. Желудок пришлось ушивать, восстанавливать пищевод. Нам удалось спасти обоих ребятишек, но за их жизни пришлось побороться. А сколько они сами настрадались, какие сложнейшие операции перенесли!

Врачи клиники, по словам Таланта Ороскуловича, владеют всеми известными методами, которые доступны и применяются во всем мире в таких случаях.

– Один из моих учеников по этой проблеме защитил кандидатскую диссертацию, провел большую исследовательскую работу и предложил оптимальные методы лечения, которые применяются в практике и сегодня. Но медицина развивается. И второй мой ученик – заместитель главного врача клиники сейчас готовится к защите докторской диссертации по этой же теме. Он написал серьезную научную работу – с многолетними исследованиями, научно обоснованными выводами и результатами, которые еще более усовершенствуют качество лечения наших маленьких пациентов, – с гордостью сообщил профессор.

– Но хочу напомнить родителям, что самым главным фактором, влияющим на результаты лечения, является временной: чем раньше они обратились в больницу, тем благоприятнее исход лечения и менее выражены осложнения. Однако нередко, обнаружив, что ребёнок съел или выпил какое-то химическое вещество, пытаются сами его лечить. Ни в коем случае делать этого нельзя. Такая самостоятельность только усугубляет клиническую картину.

В зависимости от степени поражения ожоги пищевода лечатся по-разному, например, если травма первой степени, то применяем консервативное лечение. Но при ожогах второй и третьей степени приходится ставить гастростому, с помощью которой проводится бужирование (расширение) пищевода методом “по нити”. Нить проводится через нос, пищевод, желудок, гастростому. В 98 процентах случаев мы вылечиваем пострадавших малышей именно таким методом. Тактика лечения таких травм считается на сегодняшний день самой оптимальной во всех странах, и мы владеем ею не хуже, чем в известных клиниках, – пояснил замечательный хирург, которого знают и почитают во многих семьях, где есть дети.

Процедура, по словам профессора Омурбекова, не из приятных, но она действенная. Лечение ожогов пищевода длительное, порой длится в течение полугода, и родителям приходится привозить ребенка на процедуры после выписки из клиники. Однако как только они видят, что ребенку стало лучше, он начал глотать, отказываются от дальнейшего лечения, перестают привозить его на процедуры.

– И никакие наши убеждения и доводы не помогают. А через месяц, а то и раньше привозят ребенка обратно, поскольку ему стало хуже, он не может не только есть, но даже пить, так как началось послеожоговое рубцовое сужение пищевода. О чем мы родителей предупреждали. И тогда приходится проводить серьезные операции. Хотя методом бужирования “по нити” можно было устранить последствия ожога с меньшими страданиями ребенка.

Поэтому мой наказ родителям: уберите все бытовые жидкости в недоступные для детей места, поскольку они могут стать причиной серьезных ожогов пищевода. И, конечно, прислушивайтесь к мнению врачей ради блага своих же детей.

Есть еще одна опасность: во многих детских игрушках и приборах используются маленькие батарейки. Бывает, что они просто валяются где попало дома. Родители не подозревают об их опасности. А дети по незнанию, случайно проглатывают такую батарейку. Как правило, она застревает в шейном отделе пищевода. В первое время симптомов может не быть никаких, ребенок лишь пожалуется на боль в шее. Но что происходит? Батарейка, попадая в организм, либо прожигает насквозь пищевод и трахею, либо из нее вытекает электролит и образуется отверстие между трахеей и пищеводом. Ситуация страшная! Выходить такого ребенка бывает очень и очень сложно.

И вторая проблема, о которой я не могу больше молчать, опять же связана с беспечностью и безответственностью родителей. Десятки детей попадают к нам в клинику с чудовищными повреждениями – переломами голени, бедренных костей, плечевой и берцовой костей и других больших костей после падения на них 20-килограммовых пескоблоков. Взрослые, как выясняется, возводят заборы вокруг домов из пескоблоков, при кладке которых используют не раствор, а глину. Мальчишки перелезают через них, заборы обваливаются, глыбы падают на детей…

Призывать подростков не лазить по заборам – бесполезно. Остается только одно – взрослым надо возводить строения по правилам, тогда меньше будет детских слез, – сказал профессор Омурбеков.

Наказ родителям: хочу особо подчеркнуть, что такие случаи очень часты, и, к сожалению, ограничений на установку этих заборов пока нет. Хотелось бы через ваше издание донести эту информацию до взрослой части населения.

Талант Ороскулович, какие еще проблемы сейчас актуальны в детской хирургии?

– Врожденные пороки того же пищевода, аноректальные пороки, пороки развития прямой кишки и другие. Оперировать такие патологии надо даже не в первые дни, а часы после рождения ребенка.

Наверное, страшно оперировать таких крох?

– Конечно. Ответственность огромная, потому что знаешь, чем это может кончиться. И с годами это не проходит. Хирургия – очень опасная специальность. В нашей профессии кроме механического выполнения обязательных манипуляций при операциях очень важно сострадание. Иногда бывает ужасно сложно. Но нужно держать себя в руках, нужна сила воли, потому что понимаешь, что у тебя нет обратного пути, ты не можешь отступить, надо идти вперед и только самому, понимая, что тебе в этом никто не поможет. Это ты должен помочь…

Источник