Главная | ЭКОНОМИКА | Россия и Центральная Азия формируют евразийский рынок газа

Россия и Центральная Азия формируют евразийский рынок газа

Начинающиеся в октябре поставки российского газа в Узбекистан через Казахстан означают стратегическое укрепление позиций РФ в регионе. И параллельно подтверждают взаимную нацеленность этой тройки стран на максимальный уровень политико-экономического партнерства.

Напомним, что на ПМЭФ-2023 (середина июня с. г.) глава правления “Газпрома” Алексей Миллер и министр энергетики Узбекистана Журабек Мирзамахмудов подписали контракт на поставку российского газа в Узбекистан и дорожную карту по подготовке узбекистанской газотранспортной системы к его приемке и транспортировке. Контракт предусматривает перекачку в Узбекистан 9 млн кубометров ежесуточно в течение двух лет, то есть почти 2,8 млрд кубометров в год.

В ходе того же форума “Газпром” подписал договор с казахстанской государственной QazaqGaz на оказание транзитных услуг по транспортировке российского природного газа по территории Казахстана для потребителей Узбекистана.

Узбекистанское Минэнерго уточнило в конце сентября, что энергетическая инфраструктура этой страны заблаговременно подготовлена к перекачке газа из РФ. Были построены новые газоизмерительные станции вблизи входных пунктов – на границе Казахстана и Узбекистана – основного российско-центральноазиатского газопровода “Средняя Азия–Центр”. Оперативно проведены капитальный ремонт действующего газоперекачивающего оборудования; были также проложены и модернизированы около 80 км эксплуатируемых газопроводов. Значительная часть этих работ проводилась с российским участием.

Основные газопроводы в Казахстане и через Казахстан

Между тем западные политики и эксперты пытались утверждать, что, дескать, Москва навязала Ташкенту выгодные ей условия и объемы поставок, стремится чуть ли не “захватить” узбекистанский газовый рынок. Но столь примитивные клише предметно опровергнуты обеими сторонами. По их официальным данным, контракт “разработан полностью на коммерческих условиях и является одной из мер, направленных на частичное удовлетворение растущей потребности Узбекистана в природном газе”. А также на бесперебойное прохождение этой страной осенне-зимнего периода (именно в этот период резко увеличивается потребление газа).

При этом цены на природный газ согласованы, исходя из “рыночных цен в регионе, текущих цен на газ в Узбекистане, планируемых реформ по их формированию (в Узбекистане. – Ред.) на основе рыночных принципов”.

То же подтвердил министр энергетики РУз Журабек Мирзамахмудов: цена российских поставок “сформирована исходя из национальных интересов и конъюнктуры рынка. То есть сторонами “согласована конкурентная цена с учётом национальных интересов”.

Дело в том, что весьма крупные поставки узбекистанского газа в КНР со второй половины 2010-х в сочетании с недостаточным уровнем его добычи в Узбекистане для внутреннего спроса вызвали перебои с газоснабжением в стране. В том числе для выработки электроэнергии, базирующейся в основном на местном газовом сырье. Полностью закупать недостающие объемы в соседнем Туркменистане оказалось проблематичным, поскольку преобладающая часть добываемого там газа издавна экспортируется в Китай (по трубопроводам через Узбекистан и Казахстан).

Тем не менее в конце августа с. г. узбекистанская UzGasTrade и туркменистанская “Туркменгаз” подписали в Ашхабаде краткосрочный контракт на поставку туркменского газа в объёме до 2 млрд кубометров в год. К концу 2023 года планируется заключить долгосрочный контракт, предусматривающий, по информации узбекистанской стороны, “больший объем этих поставок” (по предварительным данным, на 2025-2027 годы). Причем туркменистанский газ стал поставляться в Узбекистан с января с. г. на основе подписанного в конце 2022 г. трехмесячного контракта в объеме почти 1,5 млрд кубометров.

Что же касается экспорта газа из Узбекистана в КНР, многие эксперты на основе детального анализа узбекистанской и китайской “газовой” статистики считают, что фактические объемы этих поставок были больше, чем по официальному контракту.

Так, в 2022 году в КНР официально сообщалось, что импорт узбекистанского газа оценивался в 1,07 млрд долл.: это на 159,5 млн долл. или на 18,2% больше данных Узбекистана. Например, в ноябре прошлого года в Ташкенте официально сообщалось, что поставки в КНР составили 39,6 млн долл., китайская же сторона объявила об этих поставках в том же месяце на 114,2 млн долларов. То есть разница в данных почти втрое.

А в декабре 2022-го Узбекистан вообще не экспортировал газ в КНР, китайская же сторона заявила о газоимпорте в том же месяце на 40,1 млн долл. В ответ Минэнерго Узбекистана поясняло, что Китай включает в свою газоимпортную статистику стоимость по транзиту через РУз туркменского газа. Но в КНР не комментировали это пояснение.

Эксперты объясняют такие диспропорции растущими потребностями Китая в газе. И еще тем, что часть “неучтенных” объемов ввозимого центральноазиатского газа наверняка перепоставляется Китаем в Северную Корею, издавна блокированную санкциями Запада и ООН. Потому не исключено, что возможны неафишируемые договоренности об узбекистанских газопоставках сверх согласованных объемов в определенные периоды. И, скорее всего, по повышенным расценкам.

В этой связи схожие диспропорции иногда выявляются аналитиками при изучении данных о поставках в КНР газа из Мьянмы, Туркменистана, сжиженного природного газа (СПГ) из Брунея, Малайзии, Индонезии, Папуа-Новой Гвинеи. Что тоже обусловлено быстрорастущим спросом в Китае на трубопроводный газ и СПГ. Причем отмечаются экспертами, хотя и единичные, но случаи даже реэкспорта в КНР американского и австралийского СПГ, поступающего на Тайвань.

Именно упомянутыми факторами, включая недостаточный уровень газодобычи в Узбекистане в последние годы, обусловлен возникший дефицит газа в этой стране. Но ситуация выправляема, повторим, поставками из РФ и Туркменистана. А возможны они еще и потому, что трубопроводная система “Средняя Азия–Центр” (Туркменистан/Узбекистан–Казахстан–РСФСР), сооруженная в середине 60-х – начале 70-х, предусматривает и реверсные поставки, то есть в обратном направлении – из России. Потому что уже в тот период прогнозировалась возможная нехватка газа в республиках региона в связи с ускоряющимся потреблением там местного газового сырья.

Таким образом, в обширном Центрально-Азиатском регионе формируется с участием РФ общий рынок газа. Что, разумеется, имеет также весомую геополитическую значимость для всех стран-участниц этого рынка.

Источник: stanradar.com

Источник